Рецензент: Распопин В. Н.

 

 

Вихорнов, Виталий Алексеевич


Александр Вертинский на экране и не только

Новосибирск : Изд-во "Свиньин и сыновья" – 272 с., ил. Год издания: 2012

     Новая книжка новосибирского издательства "Свиньин и сыновья" посвящена знаменитому артисту, певцу и поэту Александру Николаевичу Вертинскому. Конкретно - его работе в кино: до революции, за рубежом и в СССР, после возвращения на родину в 1943 году.

    Если сегодняшнему молодому любознательному читателю (слушателю, зрителю) имя Вертинского известно, то, конечно, прежде всего, по старым записям написанных и напетых им песенок, время от времени перепеваемых молодыми исполнителями, например, Олегом Погудиным, отчасти по воспоминаниям современников. Кинематографическая же деятельность этого, безусловно талантливого во всех проявлениях, артиста, сегодня почти совсем забыта, исключение составляет, пожалуй, лишь классический фильм Исидора Анненского "Анна на шее" (1954) по рассказу А.П. Чехова. Меж тем муж и отец популярнейших советских киноактрис Лидии, Марианны и Анастасии Вертинских, снимался Александр Николаевич немало, пусть в основном и не в главных ролях. Старшее поколение еще помнит не великие, конечно, но достаточно популярные в 50-е годы картины "Заговор обреченных" и "Пламя гнева". Сегодня увидеть их не просто, но еще возможно. 

    Увы, этого нельзя сказать о картинах дореволюционных и зарубежных - большинство лент (как тех, в которых Вертинский снимался вместе с королевой русского экрана Верой Холодной, так и тех, которые "крутил" с его королем Иваном Мозжухиным) просто не сохранились, иные же сегодняшнему российскому зрителю недоступны по иным причинам. А ведь крайне любопытно было бы всем нам - искушенным и неофитам - посмотреть ленту самого, наверное, знаменитого русского режиссера в Париже А.А. Волкова "Тайны Востока" ("Шахерезада") или крупнейшего киноноватора межвоенной Европы Абеля Ганса "Конец мира", снятых в самом конце 20-х годов. Вертинский снимался и у Волкова, и у Ганса, и, судя по фотографиям, это были не худшие его работы.

    Однако кино в его жизни было все-таки не главным делом. Им была эстрада, на которой этот красивый, статный, картавый, безголосый и удивительно обаятельный, удивительно музыкальный человек, наделенный хорошим вкусом и художественным чутьем, по-настоящему царил. Иначе, собственно, никто из видевших Вертинского на эстраде и не отзывается о его выступлениях. Нам ли в том сомневаться?

    И поскольку это так, то и в книжке, посвященной Вертинскому в кино, кажется, больше рассказывается о Вертинском на эстраде, ведь герой ее был не только артистом, но еще и поэтом, пусть и небольшим,  а поэт и человек друг от друга не отрываемы, не отдираемы никакими усилиями исследователей. Это о романистах можно размышлять в отрыве от их биографии, о музыкантах, живописцах, о ком угодно - но не о поэтах. Потому, собственно, любая книга о творчестве Пушкина или Высоцкого непременно будет и книгой о жизни Пушкина и Высоцкого. Потому же и книга о кинематографическом творчестве Вертинского - прежде всего книга о его жизни.

    Автор - экономист и журналист Виталий Вихорнов, выходец из соседнего с нами Омска, давно живущий в столице, - это отлично понимает и выстраивает книжку именно как биографическую, везде, где это возможно, акцентируя внимание читателя на кинематографическом пути своего героя.

    Читатель спросит, каким образом он это делает, если большинство фильмов или не сохранились или недоступны? С помощью архивов, конечно, посредством внимательного чтения старых-престарых газет и журналов, откуда В. Вихорнов извлекает любопытнейшую хроникальную информацию, где порой находит он совершенно замечательные материалы, как-то: краткое изложение утраченного фильма, или его сценарий, или рецензию на какую-то из интересующих нас картин. В итоге мы, читатели, вполне живо можем себе представить, что же видел на экране зритель 10-х или начала 20-х годов и как выглядел на белой простыне высокий молодой человек, ничуть не похожий на того белого Пьеро с кровавым ртом, к которому привыкли посетители шантанов и ресторанов.

    Молодой Вертинский вполне успешно снимался в экранизациях Гончарова и Толстого (где, кстати, должен был в голом виде и с ангельскими крыльями за плечами свалиться с крыши яснополянского сарая в сугроб и медленно уйти босиком вдаль, что и сделал вполне успешно, даже не простудившись) и в кровавых мелодрамах - то есть именно в тех жанрах, которые преимущественно разрабатывались русским дореволюционным кинематографом. Старый Вертинский был чрезвычайно хорош в небольших ролях аристократов, которых к тому времени в Советском Союзе по понятным причинам совершенно разучились изображать сколько-нибудь достоверно. Зрелый же Вертинский... Тут, пожалуй, пробел - и у нас, и у автора. Европейские, высоко искусные фильмы конца 20-х - начала 30-х, то есть эпохи заката Великого Немого умозрительно представить труднее, нежели совсем раннее кино, а посмотреть своими глазами - увы...

    Тем не менее, все, что мог сделать В. Вихорнов, чтобы мы с вами хоть какое-то представление о кинематографическом творчестве Вертинского в этот период получили, он сделал, представив, вероятно, все сохранившиеся или доступные ему описания этих картин. 

    Вообще, резюмируя свои впечатления от этой книги, скажу, что читается она с интересом, хотя написана немножко коряво. Что, кстати, отметил в предисловии к ней и известнейший киновед Кирилл Разлогов. А коряво написана она, по-моему, потому, что автор, не будучи ни профессиональным киноведом, ни профессиональным филологом, пытался объять необъятное и втиснуть в свою небольшую книжку все, что знает о Вертинском вообще, все, что любит в нем, вплоть до полудетективных историй, связанных с печальным детством Александра Николаевича, и криминально-политической фантастики о его работе на ВЧК - ГПУ. Истории последнего типа необычайно расплодились у нас в безбашенные 90-е, когда, вместе с публикацией ранее запретных в СССР книг и авторов, рынок лихорадило от заведомо нереалистических сенсаций с убийством Есенина, Маяковского, Горького, Булгакова органами тайной полиции и чуть ли не Сталиным собственноручно. Это, конечно, не украшает в целом серьезную и нужную работу, придавая ей желтоватый оттенок.

    Недостатком, на мой взгляд, является и подстраничная верстка сносок. Их много, зачастую они обширны, переходят со страницы на страницу, что, несомненно, затрудняет чтение. Кроме того, В. Вихорнов во всех сносках и конструкциях в скобках зачем-то расшифровывает не только авторские вторжения в цитируемый текст, но и считает необходимым подтвердить таким же образом - "Авт." - свой собственный. Если бы редакторы переверстали книжку и вынесли сноски в конец, всех этих загромождений можно было бы избежать.

    Не украшает книжку и множество ляпов уже не столько авторских, сколько редакторских и корректорских. Цитирую: с. 20: "В первые гимнастические годы учеба давалась Саше легко..." (речь - о начале учебы Вертинского в киевской гимназии), или с. 102: "...в главной роли Германа снова снялся... Иван Мозжухин" (уж сколько можно повторять - героя пушкинской "Пиковой дамы" звали Германн - с двумя "н", проверяйте же, господа авторы и редакторы, работу "Ворда" - русскую версию программы делали не самые грамотные люди на свете). Об орфографических, синтаксических и грамматических ошибках и говорить нечего - их множество. Скорее всего, никакого редактирования, а тем более - корректирования не осуществлялось вовсе. В случае с книжками издательства "Свиньин и сыновья" раз за разом говорить об этом особенно обидно, ведь по материалу-то, по общей, если не культуре издания, то любви к книге оно  - из лучших в постсоветской, тем более провинциальной России.

    Ну и напоследок о хорошем. Книгу В. Вихорнова очень украшает альбом вклеек, на которых среди прочих представлены редкие и даже впервые публикуемые, отлично отпечатанные фотографии Александра Вертинского в кино, на эстраде и в жизни. Очень удачна в этот раз и обложка. Вообще, судя по другим новым книгам издательства, о которых мы еще поговорим, дизайн изменился к лучшему.

    И в заключение. Книга Виталия Вихорнова впервые представляет нам достаточно подробно и внятно малоизвестную, в общем, но весьма значительную ипостась этого выдающегося артиста. Что уже само по себе интересно и замечательно. Ну а то, что такая новинка на книжном и культурном рынке страны появилась именно в новосибирском издательстве, делает ее интересной и замечательной вдвойне. Так что, несмотря на все авторские и редакционные недостатки и издержки, событие это весьма приятное. Что же до недостатков, они не вечны - в переизданиях их легко можно выправить.