О ПОЛЬЗЕ И ВРЕДЕ КУРЕНИЯ
 

Джеймс М. Барри. «Аркадия, любовь моя», изд. «Свиньин и сыновья», Новосибирск, 2008.
 

Известное новосибирское издательство не перестает удивлять читателей.

Была ли особенная необходимость издавать именно эту книгу Барри – наверное, навсегда останется загадкой, но то, что книга будет востребована, это несомненно. И, прежде всего потому, что Джеймс М. Барри многим известен как автор популярной и замечательной книжки о Питере Пэне - о мальчике, не желавшем взрослеть, что свойственно, впрочем, для многих. Книжка о Питере Пэне была написана из большой привязанности автора к сыновьям своей второй жены. Сам же Д. Барри был человеком оригинальным и весьма нестандартным в своих увлечениях. Он дружил с Гербертом Уэллсом, с Артуром Конан-Дойлом, с Джеромом К. Джеромом, писал веселые рассказы на весьма специфическом шотландском диалекте, прославился пьесами «Великолепный Крайтон», «Что знает каждая женщина», «Дорогой Брут», и пьесой о Питере Пэне, между прочим. В 1913 году был произведен в баронеты, долгое время являлся ректором Сент-Эндрусского университета, затем канцлером Эдинбургского, возглавлял знаменитое «Общество литераторов», среди постоянных членов которого числились Редьярд Киплинг и Томас Гарди. То есть, Джеймс М. Барри действительно занимает свое особенное место в мировой литературе.

Книжка, изданная в Новосибирске, тоже особенная.

Она о том, какой выбор делает истинный джентльмен, если леди ставит ему категорическое условие: или она или курительная трубка. Надо совсем не быть джентльменом, чтобы дать неверный ответ. Прекрасные иллюстрации американского художника Мориса Б. Прендергаста превосходно подчеркивают верность выбора, но они же подчеркивают тоску джентльмена, когда, задремав у камина, он снова видит во сне сладкие клубы дыма и тесный круг друзей, разделявших его увлечение курительными трубками.

Разумеется, книга Барри рассчитана на курильщика и на джентльмена.

Не убежден, что среди нынешних читателей Барри найдется много джентльменов, зато курильщиков много.

«Две девятипенсовые сигары в день за год превращались в 27 фунтов 7 шиллингов и 6 пенсов, а на четыре унции табака в неделю по 9 шиллингов за фунт уходило в год 15 фунтов 17 шиллингов. Всего 33 фунта 4 шиллинга 6 пенсов. Посчитав годовые расходы на табак, мы были потрясены свей расточительностью. После того, как мы представили, насколько более приятно могут быть потрачены эти деньги, мы были потрясены еще больше. Действительно, имея 33 фунта 4 шиллинга 6 пенсов, вы можете купить новые восточные ковры для гостиной, весеннюю дамскую шляпку и красивое платье. Все эти вещи будут радовать вас постоянно, в то время как интерес к сигаре пропадает после того, как вы выбросили окурок».

Что ж, расчеты действительно убеждают.

Переводчик книги «Аркадия, любовь моя» Дмитрий Андрейко нам пока мало неизвестен, но книжка переведена любовно и уж в любом случае аккуратно и точно, как и подобает относиться к произведениям такого джентльмена, каким был  Джеймс М. Барри. Сентиментальные вспоминания о первой трубке и о трубке последней… В книге представлен весь набор слабостей истинного английского джентльмена, описанный в высшей степени талантливым и знающим предмет исследователем… Книга Д. Барри не нуждается в каком-либо пересказе, да ее и не перескажешь, поскольку не имеется никакого сюжета, никаких особенных ухищрений; автор любуется вещами предельно привычными и простыми. Зато книгу Д. Барри легко и приятно цитировать. Еще и потому, что в русском языке английская символика приобретает особый скрытый смысл. «Хотя хвастовство Джимми по поводу его трубки было трудно выносить, никто из нас не отрицал ее достоинств. У трубки соседа за стеной нет мундштука вишневого дерева, поэтому она слишком легкая. Когда он выбивал трубку о ладонь левой руки, она звенела, как и трубка Джимми. Только Джимми стучал сильнее, а сосед за стеной чаще».

Невольно улыбнешься, переводя эти слова в символику российскую.

Тоска автора, его любовь к трубкам прозрачна и чиста. Это не тоска заядлого тупого курильщика, запланировано уничтожающего свои собственные легкие. «Даже если бы я не знал, что сосед за стеной отправится спать в половине первого, стук его трубки напомнил бы мне об этом. Он стукает каждой трубкой в последний раз не так отрывисто, как вначале, но медленно, словно размышляет о чем-то между ударами. Иногда я думаю послать ему банку табака, единственного, который стоит курить, но я не могу взять на себя ответственность преподнести человеку, которого я знаю всего несколько месяцев, подобный дар. Поэтому, когда последний удар его трубки желает мне доброй ночи, я вынимаю свою холодную вересковую трубку изо рта, кладу ее на каминную полку, грустно улыбаюсь и отправляюсь спать».

А читатель откладывает книгу и задумывается.

И это лучшая похвала автору, переводчику, издателю.

                                                                               А. Легостаев